Загрузка

Умерли все

… Но зачем она им,
эта слава, —
мертвым?
Для чего она им,
эта слава, —
павшим?
Все живое —
спасшим.
Себя —
не спасшим.
Эти и многие другие строки отчеканены на стенах в том месте, о котором я сегодня вам расскажу.

Но обо всём по порядку.

Ангарск, куда меня закинуло волей судьбы – молодой город. На днях, 29 мая, ему исполнилось 70 лет. Одна лишь маленькая владивостокская школа в глухом пригороде, где я училась, сильно старше всего этого города. Однако, когда-то он был известен в стране – город, рождённый Победой, город атомщиков – ему всё самое лучшее, современное; сюда свозили всевозможные делегации – разумеется, кроме иностранных. В Иркутск, на Байкал и в Ангарск. Его решено было строить спустя шесть дней после окончания войны, спустя шесть лет ему присвоили звание города – отсюда и юбилей.

Когда-то здесь производили ракетное топливо и город вносил большой вклад как в создание ядерного щита СССР, так и в покорение космоса; когда-то именно здесь герой-победитель Новокшенов ввёл на своём АЭХК первую в СССР пятидневку, после чего его передовой опыт распространили на всю страну.
Ангарску — всё самое лучшее, самое современное.

Сейчас, конечно, всё совсем иначе.

Город, рождённый Победой, и ею здесь пронизано всё – потому что без Победы не было бы и города. И потому, что строили его победители, молодые лихие парни и девушки съезжались сюда со всей страны; строили его и дети блокадного Ленинграда, вывезенные когда-то по Дороге жизни; строили и заключённые из лагерей системы ГУЛАГ. Строили всей страной – романтики, авантюристы, или просто те, кому было выдано назначение.

Но многие и многие строили его для свой будущей жизни, и остались потом здесь, и их дети, и внуки, и теперь уже правнуки живут и растут в этом городе, среди суровой сибирской тайги и могучих сосен, на берегу ледяного Китоя, в который сибиряки лезут купаться, как только сойдёт лёд.

Ангарск – город знаменитого сталинского ампира и советского футуризма.

И он же хранит в себе музей Победы, когда-то известный на всю страну.



Стоит музей в тихом микрорайоне 12А, за старым советским кинотеатром Родина, рядом с сосново-берёзовым парком, на площади с памятником «Голуби мира».

Сегодня был первый тёплый день после двух неделей дождей и типичных весенних сибирских заморозков, так что на площадь и в парк сразу же выбрались греться люди – молоденькие совсем девушки с колясками, школьники, наслаждающиеся каникулами, дети под надсмотром бабушек и дедушек.

«Голуби мира» неизменно притягивают к себе малышню, которая забирается на голубиные крылья – так и сегодня, когда я пришла, на одном из голубей лежал мальчишка в голубой кепочке, и казалось, что его несут на крыльях куда-то в светлое, радостное, мирное будущее.



Рядом с музеем выставлена военная техника – и она тоже неизменный центр притяжения детей всей округи. Мальчишки облепляют танк Т-54 и пушки, стоящие в окружении светлых русских берёз, и чёрт его знает, о чём они мечтают после – водить ли самим потом подобную технику, или сделать так, чтобы никому и никогда не пришлось бы её водить… однако, я надеюсь, они всё же о чём-то мечтают.







Сам музей и техника постоянно попадают под раздачу вандалов – стены, танк и пушки неизменно расписаны уродливыми нецензурными граффити. Отмывать практически бесполезно. И, как думается, люди, делающие это, никогда не бывали внутри музея.

Потому что когда заходишь внутрь – меняется всё.

Там тихо. Там так тихо, что слышно биение сердца, глухое, болящее биение. Есть только ты – и призраки войны, и ты остаёшься с ними наедине, и понимаешь, что их глаза – светлые, добрые, тоскливые – это и есть твой Страшный суд, и сейчас развеиваются все иллюзии, и имеет значение лишь – достоин ли ты той жизни, которую они тебе дали.

Детям проще. У них есть вера в то, что они будут достойны.



Первооснователем музея стал Иван Пурас – родившийся в Российской Империи и сражавшийся за СССР. Прошедший училище зенитной академии, а после отобранный в высшее пограничное училище. 20 июня 1941 года через его заставу пошли немцы, и именно в этот день началась для него война. Бой шёл шесть суток, Иван был тяжело ранен, и без медсестры Тони, перелившей ему свою кровь, он бы не выжил.

«Я помню, Тоня,
Как в горящем Приднепровье
Я умирал, срывал бинты.
Не хлебом, а единой кровью
Со мною поделилась ты…»

А потом Ивана Пураса назначили командующим диверсионно-разведывательным отрядом, и начались долгие тяжёлые годы войны. Был эпизод в самом начале, когда Иван вывел из концлагеря «Хорольская яма» семьдесят человек. А значит, спас им жизни. За все годы существования «Хорольской ямы» там погибло около ста тысяч человек.

И уже после «Хорольской ямы» был и Сталинград, и Победа, и расследование убийства молодогвардейцев в Краснодоне.

И служба в воинской части Ангарска, и выход на пенсию, и поисковый отряд из местных школьников, и основание музея.

Но началось всё с того боя, и маленькой медсестры Тони, которая спасла его, а потом Иван спас семьдесят человек, а потом – всю страну, а потом, основанием музея – сонмы и сонмы душ молодых поколений сибиряков.

От малого – к великому.

Именно под руководством Ивана Пураса поисковые отряды школьников привозили экспонаты со всей страны. Именно благодаря ему здесь, вдалеке от мест, где гремели бои, появился осколок войны, той страшной войны, застревающий в сердце каждого, кто сюда заходит.

Я не фотографировала много – не поднимались руки. Проще всего было на втором этаже, где располагается экспозиция, посвящённая Ангарску и его созданию – предметы быта того времени, фотографии, истории и картины строителей города.



Разные навевались мысли. «Как молоды мы были, как искренне любили, как верили в себя…».

Было и забавное – например, фрагмент юрты. Когда-то именно в юртах и землянках жили первые строители Ангарска – аутентично здешним местам.







И там же, на втором этаже, увековечен барельеф женщины – которая меньше всего похожа на барельеф и больше всего на икону. Скорбящая о тех, кто не вернулся; молящая за тех, кто ещё может найти дорогу домой.



А выше, на третьем, под потолком, прерывающимся стеклянным куполом…



Там, выше, хранится история войны и память об Афганистане.

И даже обугленные кирпичи из Брестской крепости – хранящиеся тут, в глухой Сибири, лежащие в тысячах километров от исконного места, напоминающие о том, чего забывать нельзя.



Там тихо. Там так тихо, как было испокон веков, когда здесь ещё не появились первые люди, так тихо, как будет после того, как мы все уйдём. Не благословенная тишина мирного храма – грозная тишь после боя, когда затихают последние канонады.











Я фотографировала мало. Обычно оттуда уносят в десятки раз больше фотографий, и увлечённо рассказывают в фотоотчётах о стендах и экспонатах, коих там больше тысячи.

Я не знаю, откуда столько сил и слов у этих людей.

Потому что первое, что я увидела – брестские кирпичи, а второе – обугленная доска Хатыни.



Закончилось же всё у стенда, посвящённому маленькой Танечке Савичевой – той маленькой Танечке, которая пережила блокаду Ленинграда, но умерла в эвакуации – цинга, дистрофия, нервное истощение, слепота…

«Умерли все»
Я бы не смогла сфотографировать эти записи ни за какие деньги.

Когда-то мной была написана статья о «Модном нейминге Зои Космодемьянской». Музей на месте казни Зои, который спроектировали столичные креаклы, с «аутентичной полевой едой» в кафе и «зонами для селфи».

Здесь, в Сибири, нет столичных креаклов – и это значит, что в музее нет модного кафе и никому не приходит в голову делать там селфи. На месте, где не было фронтов и казней, но где засел осколок войны, привезённый сюда издалека.

Здесь нет столичных креаклов, но есть дети, которых несут в будущее «Голуби мира», дети, играющие с танком и пушками, и на вопрос «зачем вы, варвары, милитаризируете ребятню» сибиряки покрутят пальцем у виска.

Но я, в общем-то, не о том.

Даже когда «Савичевы умерли», было кому выводить — «Умерли все».

Потому что «осталась одна Таня».

Страшно, если «мир закончится взрывом» — и наступит та грозная тишь после боя, когда отзвучат последние канонады.

Но ещё страшнее, если «вот так кончается мир – не взрывом, а всхлипом».

Если будет кому выводить строки «умерли все», но никому не придёт в голову это делать – потому что в людях не останется людей. Все умрут. Но написать об этом будет некому, ибо никто не поймёт, что это произошло.

Когда отзвучит последний всхлип, и Запад получит желаемое – людей без людей, из которых никто, стоя перед призраками прошлого, не задумается – достоин ли он их.

Но зато каждый сделает селфи. А потом, может, достанет баллончик с краской, ведь «я тут был», перекусит в модном кафе и сопрёт на прощание обугленный кирпич Брестской крепости, который закончит свои дни, никому не нужный, где-то в полях, где захоронена канонада давно забытой сгубленным миром войны.

Вспомним всех поименно,
горем
вспомним
своим…
Это нужно —
не мертвым!
Это надо —
живым!
Роберт Рождественский, «Реквием»
P.S. И в постскриптуме я прошу всех поздравить нашего главреда, Олега Адольфовича, в его следующей статье с днём рождения. Сегодня, второго июня, он родился — тот бесценный человек, благодаря которому мы все здесь.
Энфер
Энфер Зам. главного

Per aspera ad astra.
+45

Поделиться:

Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии.

Комментарии

Лилия Баранова
03 июня 2021, 16:20
#
+6
С Днём Рождения Олег Адольфович! Здоровья и многие лета!🙏💐
pilligrim
03 июня 2021, 09:06
#
+9
Спасибо, Эн. Всем вам спасибо. Олегу Адольфовичу здоровья.
Ирина
03 июня 2021, 08:44
#
+14
Спасибо, уважаемая Энфер, за еще одно напоминание о нашем музее Победы. Раньше туда водили на экскурсии школьников. Надеюсь, и сейчас это происходит.
Артур Ч
03 июня 2021, 04:51
#
+11
С какой любовью и теплотой сделан музей… Спасибо, Энфер, очень понравилось.
Нина  Мацнева
03 июня 2021, 00:21
#
+12
С Днём рождения, Олег Адольфович. Крепкого Вам здоровья и успехов во всех начинаниях. И спасибо Вам за этот сайт.
Николай Иванов
02 июня 2021, 23:35
#
+12
Эн. Спасибо.
Но
«Когда отзвучит последний всхлип, и Запад получит желаемое – людей без людей, из которых никто, стоя перед призраками прошлого, не задумается – достоин ли он их.»… не будет этого. Почему? Наверно понимаешь.
Еще раз спасибо.
#
+15
Многоуважаемая Энфер! Огромное спасибо за статью! К вашим словам и добавить нечего.
А Олега Адольфовича — с днём рождения! Желаю ему в первую очередь удачи — ведь на «Титанике» все были здоровы! Итак — удачи, чтобы никогда не было больше проблем со здоровьем подобных тем, что были недавно. А самая тяжёлая болезнь, которая может случиться с Вами — лёгкий насморк!
Ну и, чтобы этот сайт рос и развивался в геометрической прогрессии. Ведь не зря в него сложено столько души!